Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

Обо мне и о моей книге

"ПРАВДА СТРАШНОГО ВРЕМЕНИ (1938-1947). ИЗ ИСТОРИИ ЗАБАЙКАЛЬСКОЙ ТРАНСПОРТНОЙ МИЛИЦИИ. ПО МАТЕРИАЛАМ ГОСУДАРСТВЕННОГО АРХИВА" .

Документальная повесть

Лучшие рецензии

https://www.livelib.ru/review/895359-pravda-strashnogo-vremeni-boris-komissarov

Аннотация
Автор – подполковник милиции в отставке, член Союза журналистов СССР-РФ с 1969 года. Много дней он посвятил работе с документами в областном партгосархиве в 1998 году, когда руководил пресс-службой Забайкальского УВД на транспорте. История транспортной милиции Забайкалья писалась путём исследования протоколов партийных собраний, которые положено было проводить каждый месяц. На этих собраниях в жестокое для народа время бескомпромиссно обсуждались  и работа, и бытовые проблемы людей. За сотней протоколов  встаёт неприкрытая правда   о великой стране и её людях в годы предвоенных массовых репрессий, жизнь в глубоком тылу во время Великой Отечественной войны и в послевоенные годы. Автор сумел создать  живые характеры, рассказать много  интересных историй из жизни простых людей, вызывающих добрую улыбку, способствующих лучшему  пониманию сложного и трагического отрезка  истории СССР.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие

Уроки истории

1938-й
Враги народа и выговор за любовь.
Железные наркомы.
Счастливая жизнь.
Соцдемократия.
Бдительность.
Партскандалы.
Рывок в 90-е годы.


Так это было (продолжение)

1939-й
Победивший социализм.
Митинг в отделе ж.д. милиции.
Вместо воды принесли водку.
Сын за отца не ответчик, но «что услышу, сообщу».


1940-й
Обывательские моменты.
Большой жених.
Беспризорники: смешки и ругань.
Две жены за три месяца.
В тюрьму за прогулы.


1941-й
Грязные вокзалы - по чьей вине?
Извращенец Вепрев и жених Носарев.
Когда началась перестройка?
«Женщины нас не готовят…».
Хнытик – пособник врага.
Роман об Ильине.


1942-й
Всё для фронта.
Милькоры не работают, пассажирам неуютно.
Послал начальника матом.
Ходьба на лыжах.
Деньги гони на заём!
Банька по-чёрному.
За непартийное поведение.
«Ой, где был я вчера».


1943-й
Берия любил «Динамо».
Помочь семенным картофелем.
За культурный отдых и чекистско-воинскую дисциплину.
Ордера – начальству, или Быт определяет сознание.
Чтобы мясо не пропало, обменяем на часы.
А на станции Хилок начальник станции – … (местная частушка).


1944-й
Партия под койкой.
Проверяем Дорбуфет.
Без вести пропавший.
Указание Вождя Народов.
Май безумный.
Стенгазета – важнейшее дело!
Пили возле спецторга.
Не сумел жену воспитать.
Дрова и картофель.


1945-й
Спас красноармеец коммуниста.


1946-й
Мирные задачи.
Нужна перестройка.
Ни побриться, ни подмётку подбить…
«Грязь сегодня ещё непролазней…».
Арестован за грубость к пассажирам.
Пять классов и два коридора.
Девушки интересуются литературой.


1947-й
Вышли в число передовых.
Подозревался в измене Родины.
Загадочные совпадения.

Заключение

-----------------------------------------------------------------------------------
Адреса приобретения книги

Бумажная книга в издательстве Ridero (Екатеринбург)
https://ridero.ru/books/pravda_strashnogo_vremeni_1938_1947/

Бумажная книга в Супериздательстве (С-Петербург, возможен самовывоз)
https://www.super-izdatelstvo.ru/product/pravda-strashnogo-vremeni-1938-1947

Цифровая книга в ЛитРесе:

https://www.litres.ru/boris-komissarov/pravda-strashnogo-vremeni-1938-1947/

Бумажная книга  в интернет-магазине ОЗОН

http://www.ozon.ru/context/detail/id/142813328/

Две книги на витрине Озона - цифровая и бумажная:

http://www.ozon.ru/person/71315407/

Бумажная книга на портале "Написано пером"

http://napisanoperom.ru/book/137042

--------------------------------------------------------------------------------------------

Цифровая книга в Литмире:

https://www.litmir.me/bd/?b=590919

Цифровая книга в Фикшнбук

https://fictionbook.ru/author/boris_komissarov/pravda_strashnogo_vremeni_1938_1947/

Фрагмент в фейсбуке

https://www.facebook.com/komboris/posts/1671230382939743

Читать в электронной библиотеке.

https://mybook.ru/author/boris-komissarov/pravda-strashnogo-vremeni-1938-1947/

-------------------------------------------------------------

-----------------------------------------------------------------------------------------------------

Электронная книга "Правда страшного времени (1938-1947)" в приложении
googl-play (читать и слушать на компьютерах,
смартфонах и планшетах)

https://play.google.com/store/books/details?id=jvA2DwAAQBAJ

Другие площадки и витрины

Книга.ком
http://www.kniga.com/books/product.asp?sku=ebooks400360

Букленд
https://bookland.com/rus/books/5053826

Альдебаран
https://aldebaran.ru/author/komissarov_boris/kniga..._strashnogo_vremeni_1938_1947/

Ридрейт (читальня)

https://readrate.com/rus/books/pravda-strashnogo-vremeni-1938-1947

Либфокс

https://www.libfox.ru/676695-boris-komissarov-pravda-strashnogo-vremeni-1938-1947.html

Фрагмент в хорошем качестве крупным шрифтом

http://www.kniga.com/books/preview_txt.asp?sku=ebooks400360

Ещё о книге в социальной сети liveinternet.ru
http://www.liveinternet.ru/users/3411633/post422943651/

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Фрагмент книги

«Правда страшного времени (1938-1947). Из истории Забайкальской транспортной милиции. По материалам государственного архива"

В феврале 1998-го Забайкальское управление внутренних дел на транспорте готовилось к юбилею создания транспортной милиции. К этой дате я подготовил большую статью для многотиражной газеты «Забайкальская магистраль», выпускаемой управлением Забайкальской железной дороги. Несмотря на сделанные мной большие сокращения, статья начальству УВДТ не понравилась — слишком «неюбилейной» оказалась правда страшного периода времени в жизни как страны, так и забайкальской транспортной милиции. Руководство попросило редакцию не печатать «крамолу».
И вот спустя 15 лет я достал с полки домашнего архива свой невостребованный когда-то труд и обнародую его в своём интернет-дневнике полностью, без купюр.
Следующее предисловие к статье было написано в расчете на публикацию в других изданиях, но… так и не пробился этот материал в местные СМИ, везде отказывались под предлогом слишком большого объема.

Предисловие
Когда в забайкальском управлении внутренних дел на транспорте решили воссоздать историю органов правопорядка, мне «достался» для исследования один из самых трагических сталинских периодов: предвоенные годы «победившего социализма» с кровавыми следами массовых репрессий, суровое лихолетье в тылу великой войны и «за- крепление» военной победы. Партийные организации писали для потомков (а парт-архивы бережно хранили) историю общества. В эти годы партийная прослойка Отдела железнодорожной милиции НКВД Дороги имени Молотова доходила до 50-70 процентов. В год проходило 20-30 закрытых, открытых и совместных партийно-комсомольских собраний и заседаний партбюро с подробными протоколами, сохранившимися в госархиве Читинской области (ныне Забайкальского края) под грифами «секретно» и «в читальный зал не выносить». В них — история и государства, и коллектива транспортной милиции, и отдельных людей с их ошибками и проступками — подлинными и мнимыми. После первого дня работы в архиве с протоколами 1938 года я поверил в таинственные биоэнергетические волновые поля, в сигналы из давно минувших дней. Ими стали голоса людей — участников собраний. Одни — уверенные в себе и своей правоте, другие — страдающие. Требовательные и неумело оправдывающиеся за свои поступки. И воля начальников, заряжающих аппарат железной энергией партийных установок и страхом за неисполнение.

Эти буквы, строчки, закорючки, фразы. Тут — плотным машинописным, плохо читаемым текстом сквозь черную и серую копирку на серой низкокачественной бумаге. Здесь — «от руки», крупным почерком. После первого дня, проведенного за этими протоколами, я ощутил невидимое волновое поле. Словно прозрачное облачко выпорхнуло из подколотого, подшитого материала архивных папок и прилепилось ко лбу. Давно никто не брал в руки эти материалы. Вот и обрадовались духи свежему человеку, а потом, излив душу, отпустили. А я смог более спокойно приступить к знакомству со своими бывшими сослуживцами. Публикацию моего исследования пытались запретить: оно не воспитывало гордость и патриотизм. Это были удушливые годы тотального контроля над личностью. Пик казенного славословия вождю и его страшной системе истребления. Грязный, убогий, уродливый провинциальный быт. Интриги и склоки на работе. Сломанные судьбы и пьянство, как единственная отдушина в этой жизни. Ничего похожего на романтику борьбы с послевоенным бандитизмом, на отвагу и риск незабываемого капитана Жеглова — Высоцкого. Архив адекватно отразил типичность событий того времени. Таким было десятилетие между двадцатыми и тридцатыми годами советской власти. Удивляет лишь то, что через полвека нам так не хочется глядеть архивной правде в глаза.

Уроки истории

1938-й

Враги народа и выговор за любовь
После «разоблачения» начальника Отдела железнодорожной милиции М.Е.Западина, объявленного врагом народа, на его место с 20 сентября 1937 года заступил Севастьянов. По странному, а, возможно, и закономерному стечению обстоятельств, именно в этот день нарком Ежов подписал приказ № 00593, в котором объявлял всех русских харбинцев шпионами. Жизнь десятков тысяч людей трагически оборвалась в связи с продажей в 1935 году Советским Союзом российской доли Китайской Восточной железной дороги государству Маньчжоу-Го. Вернувшись на родную землю, 31226 человек из арестованных 15 ноября 1938 года 49470 душ были расстреляны (см. В.Перминов. Самый русский китайский город.- «Экстра», № 23, 1998 г.).
Прибыв в Читу из Оренбурга, Севастьянов не чувствовал себя уверенно, понимая, что вряд ли его начальствование над забайкальской железнодорожной милицией будет долгим. Ведь за членом ВКП(б) Севастьяновым тащился длинный хвост тяжелого партийного взыскания — выговора, наложенного 27 июня 1937 года Оренбургской парторганизацией при УНКВД «за бытовую связь с врагами народа». (Ну как тут не вспомнить слова из песни Владимира Высоцкого: «но за тобой тащился длинный хвост — длиннющий хвост твоих коротких связей…».
И это еще хорошо, что усмотрели партийцы всего лишь «бытовую» связь. Иначе не миновать бы ему «вышки». С выговором выслан был Севастьянов в Читу. И единственное, что успел сделать для себя на новом посту, — снять партийное взыскание 27 марта 1938 года на собрании парторганизации Отдела. И уже «очищенным» — быть переве- денным на другую работу.

10 января 1938 года в Отделе железнодорожной милиции дороги имени Молотова выбирали парторга партгруппы ВКП (б). В выборах участвовали, не считая кандидатов и сочувствующих, три полноправных члена ВКП(б): Севастьянов, Буров и Малофеев. Обсуждались все трое, а голосование проводилось тайное, бюллетенями. Севастьянов, понятно, не мог быть парторгом. Буров заявил себе отвод, указав, что у него есть недостатки, как у начальника отделения уголовного розыска, хотя частично это объясняется его семейным положением: он развелся с женой, от которой у него «трое ребят». Таким образом, все три бюллетеня подали за Малофеева Лаврентия Лаврентьевича.
28 февраля на партийно-комсомольском собрании Отдела, на котором присутствовали 11 комсомольцев, двое беспартийных и кандидат ВКП(б) Пластинин, обсудили вопрос о выборах в Верховный Совет РСФСР, ставших возможными в результате борьбы с буржуазией под руководством партии Ленина — Сталина. Пришли к единодушному выводу, что «и такой демократии не имеет ни одна страна капитализма».
11 марта на партсобрании Отдела появился новый член ВКП(б) товарищ Селин. Партийцы одобрили итоги первой сессии Верховного Совета Союза ССР и обсудили информацию о работе начальника ОУР товарища Бурова.
27 марта сняли взыскание с Севастьянова. Для этого ему пришлось заявить, что он лично вскрыл этих самых врагов народа, а вместе с ними «также были вскрыты и другие». На новом посту он искупил свою вину тем, что за период  своей работы «освободил аппарат милиции от чуждых элементов». При ныне арестованном Западине, отметил новый начальник, «процветала пьянка и разложение аппарата, не было никакой борьбы с классовыми врагами, деклассированными и уголовными элементами, которые разрушали транспорт». Теперь же аппарат не «засорен» чуждыми элементами, а дисциплина поднялась на должную высоту.
Последний раз Севастьянов выступил на собрании 9 апреля, однако на нем уже присутствовал новый начальник Отдела: Баландин Петр Семенович. На отчетно-выборном собрании 17 апреля, где присутствовали четыре члена партии и два кандидата, Малофеева вновь выбрали парторгом. Селин свою кандидатуру отвел по той причине, что в 1937 году ему был вынесен строгий выговор за женитьбу на дочери кулака, с которой он в настоящее время не живет. Но несмотря на это, — бичевал себя Селин, — его исправление все еще нельзя признать полным, так как это взыскание пока не снято в установленном порядке. Короче, Селин потянул пока только на должность заместителя секретаря, как «порвавший связь с чуждым элементом».

Железные наркомы
Баландин показал себя с первых слов серьезным и дальновидным руководителем. Во-первых, он не стал отвечать на упрек Селина, посчитавшего неправильным, что его отправили сопровождать арестованного в Москву, когда для этого сгодились бы рядовые милиционеры. Во-вторых, сказал очень веско, как будто припечатал на века, следующее железное правило советского милиционера: «Охраняя общественный порядок, милиционер должен быть культурным и обязан насаждать эту культуру среди масс!» 
Завершив выборы партийного руководства, долго затем обсуждали кандидатуру делегата на районную партконференцию. Тайное голосование проводили трижды. В двух турах по два голоса «за» и «против» получили Баландин и Малофеев. В третьем туре наступил перелом: Малофеев получил три голоса против одного, Баландин — только один голос «за». В общем, показали перед вышестоящими парторганами уровень соблюдения партийного устава, выбрав бюллетенями одного из четверых и при этом трижды тайно голосовали.
В мае этого же года Баландин уже выступает на очередном собрании, как полновластный начальник Отдела, он требует от комсомольской организации, чтобы она возглавила работу добровольных обществ и, в первую голову, спортивного общества «Динамо». Правильно понимая линию партии, требует также улучшить «марксистско-ленинско-сталинское воспитание комсомольцев и несоюзной молодежи, оказать содействие в работе редколлегии стенной газеты и милькоров» (по-видимому, милицейских корреспондентов). Если уже были селькоры, рабкоры, юнкоры и военкоры, почему бы не быть и милькорам?!
Но это еще только малая часть общественных нагрузок, которые требует взять на себя Баландин. Он настоятельно советует комсомольцам Отдела активно участвовать в организации литературного, музыкального и хорового кружков. А также улучшить интернациональное воспитание молодежи и поднять дисциплину среди личного соста- ва. И, разумеется, ни в коем случае не терять бдительность: «Воспитывая и уча ее (молодежь) большевизму, комсомол, безусловно, сумеет разоблачить остатки классового врага, где бы он ни таился и под какой бы он маской ни прятался». А чтобы эти требования не остались пустой декларацией, в постановлении собрания записали: «пересмотреть нагрузку комсомольцев и порученную нагрузку проверять, требуя ее выполнения». Чтобы уж никто не отвертелся.
В заключение уставшее собрание по-быстрому «выделило тов. Бурова» председателем участковой избирательной комиссии по выборам в Верховный совет РСФСР от партийной организации. Тут же членами комиссии были утверждены выбранный от ВЛКСМ т. Кучмак и от общественных организаций т. Цеменко. Советская демократия — лучшая в мире!

В том же мае «коллектив Отдела ж.д. милиции дор. им. Молотова принял на своем митинге следующую резолюцию: «Слушали информацию о приговоре Верховного Суда союза ССР над бандой троцкистско-бухаринских и японо-немецких агентов Бухарина, Рыкова, Ягоды и их приспешников.
Коллектив «горячо одобрил приговор Верховного Суда ССР единодушно». Так в тексте резолюции: «горячо» — это уж обязательно для эмоционального накала. Но самое главное в конце фразы: «единодушно!» Всенародная поддержка — главная идеологическая отчетная позиция, поэтому ее нельзя ставить в один ряд с «горячо». Это в стилистике русского литературного языка требуется сказать «горячо и единодушно». В бюрократическо-канцелярском партийном языке все не так.
Обратив внимание на режущее ухо построение фразы, читаю дальше:
«Пусть знают фашисты и их наймиты троцкистско-бухаринской своры, что всякий, поднявший руку против нашей прекрасной родины, будут впредь уничтожаться железной рукой пролетарских органов. Наш горячий привет славной советской разведке и ее руководителю железному Наркому тов. Н.И.Ежову.
Верно: секретарь парторганизации Малофеев».

Недолго жить оставалось и славному железному Ежову после горячего приветствия, полученного от забайкальской транспортной милиции: получил пулю в затылок с тем же ярлыком врага народа и японо-немецкого агента.
Страшный абсурдный тридцать восьмой…
На общем собрании коллектива 13 мая присутствовало 18 человек. Они избрали члена участковой избирательной комиссии по выборам в Верховный Совет РСФСР.

1 августа отмечался международный антивоенный день. Но только 3 августа собрали 35 сотрудников отдела на митинг. В тревожное время конфликта на озере Хасан в Монголии громко прозвучало запротоколированное слово руководителя Отдела:
«Нам принесла пресса и радио известие о том, что изверги империалистического мира пытались произвести налет на советскую границу… На все попытки фашизма советские патриоты способны в любую минуту отразить фашизм с советской территории и войну вести только на их территории. Пусть только сунут свое свинячье рыло в Советский огород, тогда фашизм не досчитается многих из своих приспешников…».
Тов. Кайдалов поддержал: «Красная Армия в любой момент под умелым руководством железного маршала К.Е.Ворошилова и верного друга народов тов. Сталина сумеют нанести сокрушительный удар поджигателям войны».

Счастливая жизнь
Резолюция собрания:
«Трудящиеся Советского Союза под руководством партии Ленина-Сталина пришли к радостной зажиточной жизни. Враги народа, банды фашизма хотели отобрать у трудящихся СССР радостную счастливую жизнь, готовили восстановление капитализма в нашей стране. Эти  замыслы врагов народа, под руководством Сталинского Наркома тов. Ежова вместе с советским народом, разбиты и уничтожены… Подпишемся на заем 1-го года 3-ей пятилетки не ниже, как на трехнедельный заработок».

Последняя фраза заканчивает идеологическую промывку мозгов практической финансовой задачей: собрать деньги. Но хорошо еще, что сочинители резолюции поста- вили запятую после «врагов народа». Попробуйте-ка без запятой прочесть: «Замыслы врагов народа под руководством Сталинского Наркома тов. Ежова». И все же, через весьма короткое время, эта спасительная, казалось бы, запятая, была стерта вождем и Ежов, в самом деле, был объявлен руководителем замыслов врагов, истреблявших честных, преданных советской власти, людей.
20 июня партийное собрание Отдела отметило недостатки политико-массовой и воспитательной работы в подразделениях на станциях Хилок, Шилка, Могзон и в самом Отделе. Нашелся принципиальный коммунист, который вскрыл проступок самого парторга Малофеева, «который с гражданином выпил и потерял оружие». Далее хорошие примеры противопоставлялись плохим. Скажем, когда на станции Чита-2 дежурит Кучмак, то полный порядок, а когда Карпов — совсем наоборот, потому что последний «совершенно не хотит (так в тексте протокола — Б.К.) работать, всегда увиливает от принятия посетителей, а также не принимает жалобы, посылает людей в Отдел».
28 июня Баландин вновь настраивает парторганизацию Отдела: нельзя расслабляться! «Мы граничим с таким хищником, как Япония. Имеем богатую область, в которую тянутся со всех сторон шпионы, диверсанты и враги народа. На станции Чита-I хищения не прекращаются. Воруют сами железнодорожники. Продолжаются, хотя и мелкие, хищения на товарном дворе. В 1937 году было претензий 15 1938-й на четыре миллиона рублей, а в 1938-м году уже выплатили один миллион рублей по претензиям. По Чите за разные хищения было осуждено сорок человек, но хищения и срыв пломб до сих пор продолжаются».
Баландин ставит задачи взаимодействия стрелковой охраны и железнодорожной милиции, обращает внимание на такой «элемент хищения», как засылка грузов. Согласно приказу Кагановича, виновные в засылке грузов должны также предаваться суду. Наравне с другими преступниками. А лучших сотрудников и стрелков надо поощрять. «У нас, — подчеркивает Баландин, — имеются хорошие стахановцы, которые имеют ряд задержаний с похищенным, но о них никто не знает, они не популяризируются и не поощряются, отчего падает интенсивность в работе».
Правильно мыслил товарищ Баландин. Актуально до сих пор!

В резолюции собрания записали: «В кратчайший срок повести решительную борьбу с хищениями в Яме и на товарном дворе станции Чита-I. Наладить контактную работу и связь охраны с органами ж.д. милиции путем совещаний и личного общения».
8 августа проступок парторга Малофеева не остался без внимания. Но прежде заслушали о ходе подписки на заем третьей пятилетки и приняли в партию тов. Мелентьева, который хорошо справляется с нагрузкой секретаря комитета комсомола, но имеет отдельные недостатки: допускает небрежность, разбрасывая бумаги, где попало. (А уж за такую потерю бдительности капитан Глеб Жеглов не погладил по головке своего ближайшего сотрудника Володю Шарапова). (Примечание автора, сделанное при редактировании в октябре 2013 года). Однако рекомендующий в партию тов. Трифонов не дал разрастись сомнениям товарищей, выдвинув главный (для того времени) довод: «Мелентьев по социальному положению — наш парень».
Что касается проступка Малофеева, о нем информировал сам начальник Отдела Баландин. Панику подняла жена Малофеева, сообщив дежурному по Отделу, что муж пьян и вдобавок потерял револьвер. Выяснилось, что крепко выпив на квартире у знакомого, Малофеев вышел за ограду и закопал оружие в землю. Вернувшись за стол, продолжил возлияние. До дома его дотащил собутыльник. Опомнившись, Малофеев отправил жену с собутыльником искать оружие в доме, где хорошо погуляли накануне. На утро память вернулась к парторгу, и он откопал свой револьвер в присутствии дежурного по Отделу.

Сама по себе пьянка в свободное от службы время не была бы столь предосудительна, если бы не одно обстоятельство: выпивал Малофеев с гражданином Ивановым, у которого два сына уже находились в заключении. А на квартире Иванова также был обнаружен незаконно хранившийся револьвер. Видать, чувство предосторожности не совсем покинуло Малофеева, когда он решил закопать табельное оружие.
С учетом всех выявленных обстоятельств и принимая во внимание, что тяжких последствий от проступка сослуживца не наступило, Малофееву определили самое мягкое взыскание: «поставить на вид». Но от обязанностей парторга освободили, как скомпрометировавшего себя.

Соцдемократия
22 августа приняли в члены ВКП (б) Мулявина Ивана Спиридоновича, снова отметив, как необходимое условие для приема, что «по классовости он наш».
-------------------------------------------------------

https://www.facebook.com/plugins/comment_embed.php?href=https%3A%2F%2Fwww.facebook.com%2Fkomboris%2Fposts%2F1875819345814178%3Fcomment_id%3D1876199809109465&include_parent=false

-------------------------------------------------------------------------------

Комиссаров_Баннер_2 (700x452, 390Kb)

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Песни для Райкина

Автор - Snaika. Это цитата этого сообщения
Райкин и Высоцкий

РАЙКИН И ВЫСОЦКИЙ

 Окт 24, 2015


Райкин и Высоцкий

Фрагмент из новой книги "Владимир Высоцкий без мифов и легенд". 104-летию со дня рождения Аркадия Райкина посвящается

Виктор БАКИН, Даугавпилс (Латвия)

Портрет А.И. Райкина, 1980-е гг. Изображение с почтового конверта "100 лет со дня рождения советского эстрадного и театрального актёра Аркадия Райкина", Россия, 24 октября 2011 г., Каталог ИТЦ «Марка» № 216/кор-11. Фото: Wikipedia

"Райкин непревзойдён в театре масок. Он всегда останется первым. У него всегда был второй план, от которого хочется печалиться, а не только хихикать и насмехаться".

Владимир Высоцкий

"В искусстве каждый открывает своё, видит жизнь и людей только ему присущим зрением… По-своему запечатлел нашу жизнь Володя Высоцкий, никто иной не мог бы написать таких песен".

Аркадий Райкин

Но, может быть, самым ярким впечатлением для Высоцкого во время этих ленинградских гастролей была его встреча с Аркадием Исааковичем Райкиным. Как раз в это время драматурги Александр Кусков и Евель Бащинский закончили для Райкина пьесу под рабочим названием «Суд зверей». А.Кусков: «Там в лесу, в заповеднике, звери поймали браконьера, привязали к дереву и судят за все его зверские поступки. Причём, браконьер обросший, грязный, матерщинник, а звери культурные, аккуратные, в смокингах, фраках, с «бабочками»… И вот когда браконьеру грозит суровый приговор, раздаётся стук дятла, который сообщает, что браконьер-то не простой, а родственник директора заповедника. И тут же ход суда меняется на 180 градусов. Все претензии зверей оборачиваются против них же. Браконьера оправдывают, ему возвращают ружьё, и он спокойно расстреливает всех «интеллигентных» зверей». Это была остросоциальная драматургия, но Райкину с большим трудом удалось пробить разрешение на постановку пьесы. В спектакль потребовалась песня, и А.Кусков предложил Райкину пригласить Высоцкого. Аркадий Исаакович кандидатуру сразу одобрил. А Высоцкий… А.Кусков:

«В то время Театр на Таганке был на гастролях в Ленинграде, и я отправился к ним на репетицию, нашел Высоцкого. Он мне не поверил. Не поверил в то, что сам Райкин делает ему такое лестное предложение! Ушел я несолоно хлебавши. Потом Бащинский нашел Высоцкого в гостинице и убедил в реальности предложения. Несмотря на поздний час, он привёл Высоцкого к Райкину домой. Вместе с Валерием Золотухиным, которого Высоцкий взял с собой для моральной поддержки. Так вот они и познакомились».

Прямо с порога Высоцкий начал с извинений:

— Ради бога, простите, что я без предупреждения приехал не один, но Валерий, когда узнал, что я еду к вам, сказал, что он умрёт, если я не возьму его с собой. Он вас обожает и давно мечтал о встрече с вами.

Collapse )

Дупак о себе, Любимове и Высоцком

Любимов брать Высоцкого не хотел!

Николай Дупак: Любимов брать Высоцкого не хотел!

Опубликовано 13 Мая 2009г.
С любимой и единственной супругой Раисой Михайловной. Апрель 2009 года (Фото Ольги Елкиной)

С любимой и единственной супругой Раисой Михайловной. Апрель 2009 года (Фото Ольги Елкиной)

Бывшему директору «Таганки», проработавшему там 27 лет, приходится покупать билеты в родной театр.

Николай ДУПАК был директором Театра на Таганке с 1963 по 1990 год. По словам Николая Лукьяновича, именно с его подачи Юрий ЛЮБИМОВ стал худруком. После чего из театра были вынуждены уйти многие талантливые актеры, а позже и сам директор. В юбилейные дни он вспоминает о былом.

- Николай Лукьянович, вы ведь снялись почти в 60 фильмах, были ведущим актером Театра им. Станиславского. Какими судьбами оказались директором в «Таганке»?
- Меня пригласили в Московский театр драмы и комедии, как тогда называлась «Таганка», директором и актером. Главным режиссером там с 1945 года был Александр Плотников. Пришел я туда 2 сентября 1963-го. Сейчас Любимов всем врет, что это он один создал «Таганку», но пора и правду сказать.

С Юрием СОЛОМИНЫМ в фильме «Инспектор уголовного розыска»

С Юрием СОЛОМИНЫМ в фильме «Инспектор уголовного розыска»

Директор Театра киноактера Юрий Зодиев, с которым мы дружили, сказал мне: «Коля, сходим на дипломный спектакль студентов Щуки «Добрый человек из Сезуана». Мне спектакль понравился. Зодиев пригласил в гости Любимова с Целиковской. У него дома я и предложил Любимову прийти со своим курсом в наш театр. Это можно легко проверить, так как живы и Зодиев, и Карижский, с которыми мы вместе боролись за «Доброго человека…», когда его хотели закрыть.
Юрий Петрович от предложения вначале отказался, район Таганки был тогда не престижный. Он ждал, что ученые отдадут ему театр во Дворце культуры в Дубне. Был такой разговор. Но в Дубне ничего у него не получилось, и он пришел к нам. Приглашали мы его вместе с Людмилой Целиковской, которая сыграла огромную роль и в жизни самого Любимова, и в жизни Театра на Таганке. Недавно мне позвонили: «Дайте интервью о Целиковской».
Николай ДУПАК и Юрий ЛЮБИМОВ поначалу дружили семьями. Но потом их пути разошлись. Фото конца 60-х

Николай ДУПАК и Юрий ЛЮБИМОВ поначалу дружили семьями. Но потом их пути разошлись. Фото конца 60-х

Я отвечаю: «Наверное, лучше всех о ней расскажет ее бывший супруг Юрий Петрович». А они отвечают: «Да он отказался говорить!»
 Это большая несправедливость, что Любимова считают единственным создателем театра. Да, он талантлив и своеобразен. Но «Павших и живых» и «Антимиры» он ставил с Петром Фоменко, «Преступление и наказание» - с Юрием Погребничко, «Пугачева» - с Раевским. А теперь их имена вычеркнуты, и портретов их нет в театре, как и моего тоже.
Любимова, кроме его собственного таланта, сделали знаменитым такие гении, как Демидова, Высоцкий, Филатов, Смехов, Золотухин, Ронинсон, Хмельницкий.

«Он пришел на все готовое»

- Куда девался Плотников и как Любимов стал худруком?
- К сожалению, в театре начались интриги. Молодежь хотела, чтоб худруком стал Фоменко, другие поддерживали Плотникова, но он сам решил устраниться. Партийное руководство навязывало нам Евгения Суркова - теоретика театра, обладавшего связями.

ЛЮБИМОВ с Александром СОЛЖЕНИЦЫНЫМ

ЛЮБИМОВ с Александром СОЛЖЕНИЦЫНЫМ

И в этой ситуации я решительно заявил Борису Евгеньевичу Родионову, начальнику главного управления культуры Мосгорисполкома, что, если утвердят Суркова, я возвращаюсь артистом в театр Станиславского. Родионов спросил, кого я вижу в должности худрука. Я ответил: «Любимова».
Тогда я и придумал эмблему театра - красный квадратик с черными словами по периметру. И к официальному названию «Московский театр драмы и комедии» добавил «на Таганке». До этого нас путали с другими театрами или драмы, или комедии. Несколько лет чиновники игнорировали новое название в официальных документах и вычеркивали «на Таганке», но потом привыкли.
- Как появился в театре Высоцкий?
- В течение всего 1964 года у него не складывалась жизнь. В Театре им. Пушкина ему ничего толком не давали играть, в Театре миниатюр вообще странные вещи творились. За него просила наша актриса Таисия Додина, и я пригласил его на прослушивание. Он показал отрывок из горьковского рассказа «Челкаш». Любимов сейчас рассказывает, что он сразу взял Володю в труппу, но было наоборот. Любимов сказал: «Зачем нам еще один пьющий актер?» Но мне Высоцкий приглянулся скромностью и великолепным чувством ритма. Поэтому я решил оставить его на испытательный срок.
ДУПАК (слева) с Владимиром ВЫСОЦКИМ

ДУПАК (слева) с Владимиром ВЫСОЦКИМ

А когда он умер, народ стоял в очереди, которая растянулась на несколько километров. (Прощание с Высоцким отмечено в Книге рекордов Гиннесса, как самое масштабное в мире. - В.С.).
- А кто мог принимать или увольнять актеров?
- По идее, только директор. Но Любимов старался отвоевать это право. В театр тогда приходили многие актеры, желающие работать у нас. Ведь мы экспериментировали, придумывали новое. Когда Любимов поступил к нам обыкновенным педагогом, в театре были и крепкая труппа, и репертуар. Так что он пришел на все готовое. Петр Фоменко был одним из режиссеров, а ведущие актеры: Всеволод Соболев, Алексей Эйбоженко, Вениамин Смехов, Готлиб Ронинсон, Таисия Додина, Кларина Фролова...
Но вскоре артисты стали уходить, Любимов постепенно их выживал. Ушли Эйбоженко, Александр Калягин. С ним вообще гадко поступили. Он играл Галилея в очередь с Высоцким. И как-то в 1965-м перед очередным спектаклем попросил у меня шесть пропусков для друзей из киногруппы.
С Андреем ВОЗНЕСЕНСКИМ на могиле ВЫСОЦКОГО

С Андреем ВОЗНЕСЕНСКИМ на могиле ВЫСОЦКОГО

За 20 минут до спектакля ко мне влетает Любимов:
- Ставьте Высоцкого, я ему позвонил, он уже подъезжает.
- Нет, сегодня будет играть Калягин, - отвечаю я.
- А я сказал, Высоцкий!
- Калягин пригласил друзей, нехорошо получится!
- А мне плевать!
- Но мы можем потерять Калягина!
- Я сказал, плевать!
Тогда я ответил, что пусть сам и говорит Калягину об этом. Спустя полчаса Александр Александрович принес мне заявление об уходе. Я не смог его удержать.
Некрасиво вышло и с Солженицыным. Он перед высылкой из страны пришел к нам с супругой посмотреть «Дом на набережной» и поговорить с Любимовым. Ну, я и предложил ему оставить верхнюю одежду в кабинете Любимова. Начался спектакль, Юрий Петрович заходит ко мне:
- Чьи это вещи у меня, почему не спросили?
- Да это же Александр Исаевич… У него к вам разговор.
- Ничего не знаю, заберите вещи.
После этого он срочно покинул театр, чтобы только не встретиться с Солженицыным…
А когда Любимов вернулся из-за границы в 1989-м, он собрал всех и объявил, что будет строить жизнь театра по западному образцу. То есть заключит контракты с необходимыми ему актерами, остальные - свободны. Причем с некоторыми договор будет только на один спектакль. Вот тогда против него выступили и Леонид Филатов, и Инна Ульянова, и другие, кто так ждал его возвращения.
С другом Петром ГЛЕБОВЫМ на своем 75-летнем юбилее

С другом Петром ГЛЕБОВЫМ на своем 75-летнем юбилее

«Просил доверия у Брежнева»

 - Почему вы уходили из «Таганки» и год директорствовали в Театре на Малой Бронной?
– 13 января 1977 года Высоцкий попросил отпустить его на три дня в Магадан. Ему срочно нужны были деньги на подарок Марине Влади, а в Магадане обещали заплатить около 10 тысяч рублей - безумные деньги. Я и разрешил ему уехать. Как назло, Юрий Любимов пришел на спектакль с Жаном Виларом - французским режиссером, который хотел посмотреть игру Высоцкого. И когда на сцену вышел Лебедев, Юрий Петрович стал обвинять меня, что я разбаловал актеров, повысил зарплаты, что помогаю получать квартиры и дачные участки, а актер, мол, должен быть голодным. Я ответил: «Юрий Петрович, честь имею». И ушел из театра.
В то время я снимался в трех фильмах и решил завязать с театральными делами. Но бывший директор Театра на Малой Бронной Михаил Зайцев звонит мне: «Коля, большая просьба - прими «Малую Бронную». И я с удовольствием проработал там год. Провел реконструкцию, построил зал специально для эфросовского «Дон Жуана». К нам стали приходить маститые артисты: Алексей Петренко, Олег Даль, Михаил Козаков.

Николай Лукьянович на Брянском фронте. 1942 год

Николай Лукьянович на Брянском фронте. 1942 год

Станислав Любшин перешел из «Таганки», вернулся Николай Волков. В течение одного сезона мы набрали такой темп, что были постоянные аншлаги. Высоцкий неоднократно приходил. Он уважал Анатолия Эфроса, и тот угадал с Володиным участием в «Вишневом саде», который поставил в 1976-м в Театре на Таганке, когда Любимов уехал в Италию. Высоцкий гениально играл Лопахина, да и Демидова была хороша. А последняя Володина роль - Свидригайлов в «Преступлении и наказании» - вообще на уровне таких великих мастеров, как Качалов и Мордвинов. Сейчас таких актеров нет. Все кривляются и цену себе набивают.
- И что было дальше?
- «На Таганке» стали происходить интересные события. Любимова не утвердили директором - назначили Илью Когана из ТЮЗа. Гастроли в Париже прошли отвратительно. Да еще Юрий Петрович в интервью назвал министра культуры Демичева «химиком» и говорил, что нет свободы в СССР. Коган не смог это все смягчить, как ранее делал я. И, когда вернулись из Парижа, встал вопрос о закрытии театра. Тогда Любимов в письме стал упрашивать Брежнева: «Окажите мне высокое доверие…» И еще просил, чтоб меня вернули в театр. Брежнев спустил Гришину (Первый секретарь Московского горкома партии. - В.С.) директиву: «Окажите доверие художнику, то есть Любимову, и верните Дупака».
Театр сохранили, но буквально на второй день прекратилась стройка нового здания. Я же затевал ее на свой страх и риск - она была внеплановая. Помогали и Главмосстрой, и МГУ, и 1-й часовой завод. Дивизия Дзержинского выделяла 20 солдат на стройку. Тогда приобрести стройматериалы было затруднительно, все не покупали, а «доставали». Высоцкий бесплатно выступал для разных организаций, он был нашей «козырной картой». А мы для всех «спонсоров» делали концерты, играли спектакли. Было сотрудничество, удивительная атмосфера уважения, дружбы. А еще - озорство, риск. Что-то нам запрещали, давали выговоры, следили за нами. Когда же строители пришли к Когану с требованием дать машину бетона, он только руками развел: «Я здесь при чем? Ничего пробивать не собираюсь».
И спустя полгода меня снова позвали «На Таганку». Любимов позвонил в мае и говорит: «Как ваше здоровье, как жена, как дочери поживают? Может, встретимся?» Я по доброте душевной согласился, и мы встретились на Фрунзенской набережной, напротив церкви Николы в Хамовниках. Он просил меня вернуться «На Таганку». Зачем я только согласился?
- Сейчас наблюдаете за творчеством Театра на Таганке?
- Мне приходится покупать билеты в кассе. Отдал столько лет жизни театру, а меня даже на порог не пускают.
Николай ДУПАК

Николай ДУПАК

Когда я уходил в 1991-м, в репертуаре было 24 спектакля. А сейчас? Где «А зори здесь тихие...», «Павшие и живые», «У войны не женское лицо», «Пристегните ремни», «Перекресток»? Их больше нет. Сегодня там даже не авангард на сцене, а сплошные металлоконструкции, все на велосипедах туда-сюда ездят! Что это? Очнитесь, ребята...

СПРАВКА
* Заслуженный артист России Николай ДУПАК - актер, режиссер, архитектор, ветеран Великой Отечественной войны родился 5 октября 1921 года.
* Снялся в 60 фильмах, в том числе «Сорок первый», «Железный поток», «Служили два товарища», «Бумбараш», «Вечный зов», «Ярослав Мудрый».
* С 1963 по 1990 год - директор Театра на Таганке.
* Награжден золотой медалью «Слава нации».
* Высоцкий пел про него: «Быть иль не быть?» - мы зря не помарали. Конечно - быть, но только начеку. Вы помните, конструкции упали? Но живы все, спасибо Дупаку...»

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Концерт Высоцкого в НИИ

Листая старые страницы

В числе  первых  художественных произведений, посвященных личности  Владимира Высоцкого,  исследователи  отмечают  пьесу  Марка Розовского "Концерт Высоцкого в НИИ".  

Я посмотрел  этот спектакль в постановке Государственного русского драматического театра Эстонской ССР в июле 1988 года на сцене Читинского драматического театра. Мои "заметки зрителя" опубликовала тогда под заголовком "Памяти поэта" областная газета "Забайкальский рабочий" - орган Читинского обкома КПСС и областного Совета народных депутатов.

Главная ежедневная газета Забайкалья  формата "Правды", основанная большевиками в 1905 году,  стоила 3 копейки, но имела огромный, по сравнению с сегодняшним временем, тираж - 154640 экземпляров при населении области около миллиона человек. Сегодня самый популярный еженедельник Забайкальского края едва достигает двадцати тысяч.

Изображение газеты с моей статьей я несколько лет тому назад отправил известному высоцковеду Марку Цыбульскому.  Еще раньше, до эпохи интеренета, я вступил в переписку с  Борисом Акимовым - одним из авторов  журнального сериала "Эпизоды творческой судьбы". Это  были первые  попытки систематизации творческой биографии ВВ, опубликованные в журнале "Студенческий меридиан". Акимов  отправил мне недостающие номера журнала, которые я не смог тогда приобрести в Чите,  а меня попросил прислать   программку спектакля, что я и сделал, выпросив у кого-то  второй экземпляр.

Сегодня я   добавил к  сканированному  изображению  листа газеты полный  текст  своей статьи,   набранный  в Word'e. Итак...

__________________________________________________________________________________

 Заметки зрителя

ПАМЯТИ ПОЭТА

   Первый спектакль, посвященный памяти Владимира Высоцкого, поставлен в театре на таганке Любимовым в год смерти актера и поэта. Запрещенный после премьеры, - был восстановлен спустя семь лет новым главным режиссером Николаем Губенко.

    Затем Ивановский молодежный театр в начале прошлого года осуществил спектакль "Мы вращаем землю" по стихам и песням Высоцкого.

    И вот Государственный русский драматический театр Эстоноской ССР 15 апреля 1988 года показал спектакль по пьесе Марка Розовского "Концерт Высоцкого в НИИ", названный "фантазией периода застоя" (постановка А.Цукермана). В июле таллинцы привезли спектакль в Читу, где в это же время в залах областного художественного музея москвичи экспонировали фотовыставку "Высоцкий в фотографиях".

  Гастроли такого театра - заметное событие в культурной жизни забайкальцев. Коллективы такого высокохудожественного уровня, с репертуаром остросовременным, волнующим, нечасто приезжают в Читу.

   Спектакль, связанный с таким явлением культуры и общественной жизни, как Высоцкий, заранее обрекается если не на успех, то, по крайней мере, на жадное ожидание встречи с образом или даже просто с памятью о всенародно любимом поэте и певце.

   Уверен, что театральная, если можно так выразиться, "высоцкиана" (привыкнем со временем и к этому неологизму) будет шириться. И не только театральная, но и кино-, и теле-видео-, и литературная.

   Благодарность вызывает не только собственно спектакль, но и такие, до тонкостей продуманные отнюдь не мелочи, которые предшествуют зрелищу или как бы аранжируют его. Вы же не сможете пройти мимо столика с программкой, на "обложке" которой - прекрасный портрет Высоцкого. Многие приобретали по несколько экземпляров - для себя и знакомых, не попавших на представление. Открывается программка текстами песен и стихов Высоцкого. А на внутреннем развороте воспроизведены далекие теперь, но не забытые статьи: из газеты "Советская Россия" (за 9 июня 1968 г.) - "О чем поет Высоцкий" и из "Тюменской правды" того же периода - "С чужого голоса" и "Да, с чужого голоса". Кажется, это редчайший случай, когда перепечатываются вновь газетные статьи двадцатилетней давности. В этих "шедеврах" застойного периода Высоцкий, а с ним заодно и Юрий Кукин, Евгений Клячкин, Михаил Ножкин называются не меньше как "идеологическими диверсантами, пытающимися калечить души подростков, юношей и девушек". Слава этих статей оказалась геростратовой.

   А впрочем не так уж далеки от истины были авторы тех статей. Высоцкий действительно взрывал идеологию, основанную на догматических представлениях сталинского, брежневского периодов, на рабской психологии, фальши и лицемерии. Но души, покалеченные ложью и равнодушием строго оберегаемого единомыслия, он как раз лечил и возвышал магическим словом рвущейся из груди правды о нас и нашей жизни.

   Высоцкий - герой спектакля, хотя роль его никто здесь не играет. На сцене персонажи, которых он в жизни, как говорится, выводил на чистую воду. И циничный директор НИИ Игорь Николаевич (Е.Гайчук) и беспринципный секретарь парткома Станислав Сергеевич  (Э.Томан), которые страшатся ответственности из-за предстоящего концерта и под любым самым коварным предлогом готовы недопустить его. ("Он же не включен в план мероприятий! А внеплановые мероприятия не ре-ко-мен-ду-ют-ся!").

   А вот и антигерой, принятый на "ура" в Союз писателей, - "автор" "Возрождения" и "Целины", чей знакомый всем голос, старательно-самодовольно вещающий о мнимых успехах и опозоренных ложью принципах, включается вдруг в самых неожиданных, но логически подходящих местах, и, сопоставленный по смыслу с речью персонажей, вызывает у зрителей взрывы горько-иронического смеха и аплодисментов.

   В начале спектакля огромный портрет Брежнева большими квадратами складывается с помощью стремянки во всю высоту стены (отдельный квадрат - пять золотых звезд). В заключительных сценах происходит демонтаж - и фанерные детали портрета, передаваемые по цепочке, одна за другой с  треском выбрасываются на авансцену.

   Развернувшаяся на сцене нешуточная драма происходит спустя три дня после смерти поэта. Но об этом персонажи пьесы еще не знают (сообщили лишь после похорон) и святотатствуют над покойным, стараясь всячески унизить талант.

   Реалии сегодняшней жизни буквально растворены в диалогах и монологах спектакля, и это еще одна из причин его огромного  успеха. В антракте, кстати, знакомый журналист подтвердил, какую ярость вызывало только упоминание в радиопередаче или в газете имени Высоцкого у одного из очень ответственных работников на закате его карьеры, перед тем, как он был снят с поста перестройкой.

   В речь персонажей спектакля - дикторов телевидения - удачно были вставлены произнесенные с ироническим пафосом "сенсационные сообщения" о строительстве биофабрики в центре Читы и находке бесценной скрипки то ли Страдивари, то ли Амати. Эти "сообщения" шли в зале под аплодисменты и дружный смех. (В роли дикторов В. Степанов и Н. Задорина). Так же оценивали зрители смелые гротесковые реплики политического характера - ведь разговор велся предельно нестесненный, откровенный, без оглядки на консерватизм сознания.

   ...Впереди сцены, украшенной корзиной алых цветов, портрет Владимира Высоцкого. Звучит фрагмент "Охоты на волков".

Обложили меня, обложили!

Но остались ни с чем егеря.

   Звучат траурные речи  "перестроившихся" руководителей НИИ, клянущихся в уважении к поэту, но опять старающихся принизить его творчество, следуя совету комсомольского вожака Шурика (В. Бездушный) - раннего демагога новой формации: "Не надо запрещать Высоцкого. Пусть все видят: мы не запрещаем. Издадим сборник, пластинки. Разрешим! Но не все! Одну сотую! Ведь можно же выбрать!"

   Заслуженный артист Эстонской ССР Херардо Контрерас читает стихи Высоцкого. Зал слушает их на одном дыхании: "За то, что я нарушил тишину...". После спектакля, на котором мне посчастливилось быть, зрители долго не отпускали артистов. Стоя приветствовали их. И когда занавес опустился в последний раз и все медленно пошли к выходу, вдруг ударила и заполнила пространство пронзительная, глубочайшая по эмоциональному  воздействию песня Высоцкого:

   "Протопи ты мне баньку, хозяюшка..."

   А еще захотелось, чтобы в ответ на прозвучавшую со сцены речь о том, что "Высоцкий не был ни большим поэтом, ни большим музыкантом" (фрагмент ревнивого высказывания Е. Евтушенко), в новой программке был воспроизведен также текст интервью композитора  А Шнитке журналу "Музыкальная жизнь": "Большая часть песен Высоцкого отличается величайшей тонкостью и нестандартностью - и по количеству тактов во фразе, и ритмикой, как бы создающей свой пульс рядом с пульсом метрической основы его песен, идущей от стихов и - вопреки этому стихотворному ритму - следующей внутреннему дыханию.

   Много очень тонких подробностей и в гармонизации, и в мелодике, и в кадансах - в отказе от трафаретных кадансах или в нарочито дурацком их выполнении, отчего они немедленно попадают в смысловые кавычки.

   В чисто музыкальном отношении я бы поставил музыку Высоцкого выше, чем музыку Окуджавы. Песни Высоцкого намного интереснее, изобретательнее".

   Спектакль сделан так, что воспоминания директора НИИ о своей молодости - времени двадцатого съезда, не стали голой декларацией, а превратились в яркое зрелище.

   В ответ на попытки запретить концерт в институте, вспыхивает почти что бунт (ведь жанр спектакля определен, как фантазия). Но нельзя, нельзя не сорваться, чтобы оградить поэта - провозвестника грядущего обновления жизни народа - от ядовитого шипения власть предержащих.

   ОНИ: (директор и секретарь парткома): "Высоцкий не член Союза писателей".

   МЫ: (культорг Эра Георгиевна - Л. Головатая): "А Пушкин, а Толстой были членами?"

   ОНИ: "Он на француженке женился, чтобы за границу ездить".

   МЫ: "А вы куда недавно ездили? Почему вам можно, а нам нельзя? Да вам не понять, что есть на свете любовь".

   ОНИ: "Бард... от слова "бардак". Если отменить концерт сложно, мы его перенесем... на неопределенное время".

   МЫ: "Суки вы... Скоты!,," (Срывается Эра Георгиевна и уходит из кабинета директора под овацию зала).

   А зрители покидают зал и расстаются с артистами с чувством признательности, чтобы дома с пластинок и магнитных пленок вновь услышать несостоявшийся в НИИ концерт.

Б. КОМИССАРОВ.

НА СНИМКАХ: сцены из

  спектакля "Концерт Высоцкого в НИИ".

Фото Е. Епанчинцева. 

(Газета "Забайкальский рабочий", четверг, 21 июля 1988 года, стр.4.)

 (498x699, 193Kb)

 (498x699, 180Kb)

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru